Понятие мастер-плана — одно из наиболее обсуждаемых в профессиональной среде. Новый виток это обсуждение получило в ноябре 2024-го, когда Минстрой России разработал законопроект, закрепляющий статус мастер-планов в Градостроительном кодексе РФ. Сегодня, пока закон еще не принят, специалисты продолжают разбираться в тонкостях данного инструмента. Именно поэтому одним из ключевых мероприятий I Ростовского архитектурного форума, прошедшего в донской столице 3-4 октября, стала пленарная сессия «Мастер-план большого города». Ее участники рассмотрели инструмент территориального планирования с разных сторон.
Григорий Соломин, управляющий партнер и сооснователь ООО «Новая земля»:
— Профессиональное сообщество сегодня называет мастер-планом все, что угодно, и, наверное, это неслучайно. Дело в том, что давая такое название тому или иному документу, специалисты указывают на новый подход к его разработке, поэтому появились мастер-планы парка, жилого района. Однако понятие мастер-плана на законодательном уровне должно еще «приземлиться». Оно впервые прозвучало уже давно — «урбанистическое чудо» случилось в Дербенте благодаря инициативе мецената, который придумал, как он может оставить налоги внутри города и с их помощью ускорить его развитие. Когда у города появляется такое большое количество ресурсов, то возникает вопрос, что мы будем делать? Ответ на него — мастер-план, который служит некой дорожной картой. Раньше Дербент был одним из наиболее отстающих городов Дагестана, а сегодня он лидирует по комфортной среде, но главное — его перестали покидать жители.
Мастер-план подарил осознание: города конкурируют между собой не средой и экономикой, а тем, каким видят в них свое будущее люди. Для того чтобы они захотели остаться в том или ином муниципалитете, нужно, чтобы город стал платформой для реализации их ожиданий. Да, мы понимаем, что за 10 лет невозможно перестроить город, но благодаря появлению мастер-плана жители осознают, что их ждет значительно более комфортное будущее, и это важный принцип разработки документа. Получается, что он становится неформальным договором между бизнесом, горожанами и властью, объединяет их интересы и позволяет смоделировать успешный сценарий развития города, в котором люди хотят жить.
Важный компонент мастер-плана, которого не было ни в одном другом документе городского регулирования, — это приоритетные проекты, при реализации которых достигается будущее. Благодаря этому мастер-план становится абсолютно прозрачным документом для всех сторон и, прежде всего, для горожан, которые могут оценить, соответствует ли город их ожиданию, как реализуются планы, и принять решение, хотят ли они жить в нем.
Мастер-план имеет очень короткий горизонт планирования. В случае с Дальним Востоком это 20 лет, с Арктикой — 10-15. Работа с документом обнажила и еще одну проблему, которую можно считать ключевой, отсутствие градостроительной политики. Она связана с тем, что на протяжении 30 лет наши города росли без контроля, но население в них не увеличивалось, а в некоторых ситуациях даже уменьшалось. Это результат отсутствия градостроительной политики, и, чтобы исправить его, нужны огромные ресурсы.
Григорий Алексеев-Малахов, заместитель министра строительства, архитектуры и территориального развития — главный архитектор Ростовской области:
— Шесть лет назад во время работы в региональном институте градостроительства, когда у нас была попытка зайти с мастер-планом во Владикавказ, мы пытались осмыслить, что представляет собой этот документ и как с ним работать. Мы пришли к выводу, что начинать этот путь нужно все-таки со стратегии соцэкономразвития, актуализировать ее для того, чтобы собрать всю информацию о территории и определить перспективы. После на основе анализа можно переходить к мастер-плану, который детализирует плюсы и минусы территории. Это ведь очень важно — решить проблемы и при этом вытянуть имеющийся потенциал, определить самый оптимистичный сценарий для движения вперед и определить механизмы развития.
Однако мастер-план потом начинает рассыпаться на компоненты градрегулирования, а потому должен обязательно во что-то встраиваться. Это нормативы градпроектирования, правила землепользования и застройки, правила благоустройства с дизайн-кодом и проекты планировки.
При этом мы пришли к выводу, что генеральный план, все же, является хорошим самодостаточным документом, который может работать во взаимодействии с мастер-планом. Однако, если прежние еще советские генпланы были по-настоящему «живыми» и давали нам красивую стратегию развития на 25, 30, а то и 50 лет, то сейчас генплан превратился в три чертежа и текстовую часть. Но при этом он остается важным стратегическим документом, который закладывает основные каркасы развития городских пространств.
Сейчас на выходе находится очередной законопроект по мастер-плану, который все уже заждались. В последней редакции многие вещи законодательно выстроились правильно. Однако в нем есть спорные моменты — мастер-план заменяет генеральный план, который определяет основные каркасы — транспортные, инженерные, природно-экологические, но без временных рамок, он не определяет, что первоочередное, а что второстепенное и в каком порядке необходимо двигаться. А мастер-план как раз и определяет обязательные элементы, которые нужно развивать уже сейчас, источники их финансирования и механизмы реализации. Что же касается временного порядка, то он в этой редакции документа обозначен так — не менее 6 лет и не более 12. Для градостроительства и 6, и 12 лет — это мгновение. Мы не мыслим такими короткими временными промежутками, а строим планы лет на 50. Не заложив основные положения на длительный срок, просто не добьемся стратегического развития города. Так, в нынешней редакции мы теряем возможность мыслить на далекую перспективу, а вынуждены выстраивать только краткосрочные и среднесрочные планы. Кроме того, в документе не предусматривается возможность разработки мастер-плана не для нескольких муниципальных образований в агломерации или городского округа, а для отдельной его территории. Это в первую очередь касается исторических центров городов. А ведь для них нужны совсем иные подходы и другая детализации. Этого, как мне кажется, законопроекту и не хватает.
Андрей Еренков, министр архитектуры и градостроительства Воронежской области:
— Региональные управленцы уже заждались, когда вопрос о мастер-плане будет законодательно решен и закрыт. Признаться, свежая версия, которая появилась в конце сентября, тоже вызывает много вопросов. Как будто умом все уже давно поняли, что такое мастер-план, сформировался опыт его разработки и рынок создателей, обозначились компании, которые являются лидерами в этой области. Анализируя все это, я в шутку поймал себя на мысли, что если так долго не выходит закон, то, может быть, уже и не надо? Может быть, стоит оставить структуру законодательства такой, как она есть, и разрешить работать с этим инструментом тем, кто может себе позволить мастер-план и осознает всю его важность?
В Воронеже прямо сейчас нет мастер-плана, но мы очень надеемся, что в ближайшее время приступим к этой работе. Пока у нас действует генплан, и приоритеты, заложенные в него, мы обязательно используем при разработке мастер-плана.
У нас был генеральный план с 2008 года. Он просуществовал до 2020-го и опередил себя по реализации буквально в два раза — заложенные в него планы удалось перевыполнить за гораздо меньшее время. Именно поэтому мы разработали новый генплан, который запустил целый ряд ключевых процессов: активную миграцию, реновацию жилищного фонда, развитие дорожной сети. Город стал разрастаться вширь, появились новые большие микрорайоны, и это вызвало инфраструктурный дисбаланс, потому что социальные, инженерные объекты, дорожная сеть не поспевали за темпами жилищного строительства, у нас появились крупные имиджевые проекты. При этом сегодня основными проблемами Воронежа остаются дисбаланс инфраструктуры, стремительный рост автомобилизации, инженерные сети, частный сектор в центре города и не до конца развитая система общественного транспорта.
В основе концепции нашего генплана лежит словосочетание «компактный город». Мы поняли необходимость применения всех возможных инструментов, чтобы остановить расползание городской черты вширь и эффективно использовать освободившиеся в центре площадки, а также сделать акцент на создание индустриальных парков. Кроме того, мы стремимся активнее использовать инструмент КРТ.
Все эти приоритеты будут продолжены в рамках создания будущего мастер-плана. Мы нацелены на то, чтобы с помощью мастер-плана решить вопросы, связанные с модернизацией транспортной системы, повышением инвестиционной привлекательности, благоустройством, сохранением зеленого каркаса и природных территорий. Основной кейс будущего мастер-плана Воронежа — все, что связано с водохранилищем, в привязке к которому будут решаться вопросы благоустройства набережных, частного сектора, позиционирования центральной части города.
Антон Скупченко, руководитель архитектурного бюро 22studio, член архитектурной комиссии при губернаторе Воронежской области, член правления Воронежского отделения Союза архитекторов России:
— Я хотел бы подробнее остановиться на нашем эскизе мастер-плана центральной части Воронежа, а именно — его правом береге, который включает в себя исторический центр. Здесь же находится Петровская набережная. Общая площадь территории — 610 га. Здесь существует целый пучок сложностей: частный сектор, который находится на склоне, не до конца развитая инженерная и транспортная инфраструктура, но по-настоящему «холодный душ» для застройщиков — это охранные зоны объектов культурного наследия, поскольку из-за этого в центральной части Воронежа действуют ограничения по высотности зданий.
Свою работу над проектом мы начали с градостроительного анализа территории, а затем сформировали шкалу, чтобы понимать, на каких участках можно планировать будущую застройку. Для этого мы создали объемно-пространственную модель центра Воронежа. На основе этих данных сформировали подход к работе. Условно разделили всю территорию на три участка: там, где возможно новое строительство, там, где мы действуем комбинированно — частично сохраняем здания, а частично строим новые, и третий — там, где сформирована застройка и возможно точечное строительство с учетом специфики исторического центра.
Для начала детально проработали сценарий развития территории на примере одного квартала. Я уверен, что такая подготовительная работа очень важна при мастер-планировании.
Наша задача — добиться того, чтобы центральная часть города преобразовалась из монотонного частного сектора в многофункциональные районы и динамично развивающуюся среду. Но этот вопрос требует комплексного подхода и невозможен без участия всех заинтересованных сторон — власти, бизнеса и горожан.
Наида Исматулаева, независимый эксперт в сфере градостроительного GR и архитектурного консалтинга, CEO агентства «Исматулаева и партнеры» в сфере градостроительного GR и архитектурного консалтинга:
— Когда нашу команду приглашают сделать мастер-план того или иного города, мы видим в этом большую пользу для жителей, ведь чаще всего они транслируют, что «их никто не слышит» и «предлагают то, что нам не нравится». Именно поэтому я уверена, что разговаривая о мастер-плане, нужно начинать с того, что у каждого города есть своя атмосфера, которую важно сохранить.
Да, необходимо все сделать юридически правильно: выделить каркасы, разделить дорожные, общественные и другие зоны. Однако за всем этим важно ответить на вопрос, как дойти до того человека, который живет в городе? Люди — это и есть акционеры любой территории: человек потребляет услуги, тратит деньги внутри того или иного муниципалитета, а дальше эти деньги должны работать, с их помощью развивается бизнес, который чувствует себя комфортно и способствует развитию города, платит налоги государству, которые оно использует для того, чтобы создавать городскую ткань. Следуя этой логике, мы приходим к выводу, что мастер-план должен создать условия для такого роста, а после отойти в сторону. Мы не должны никого интегрировать и насильно толкать к каким-либо решениям, говоря «ты здесь строишь МКД» или «я сказал, что здесь нужно такое пространство». Иными словами, мастер-план — это большой документ продюсерского характера, документ-помощник.
Простая формула мастер-плана выглядит так: люди + бизнес + возможности для их развития = результат (доходная городская ткань). Важно помнить: мы, разработчики мастер-плана, дали эти правила, создали документы-помощники, но дальше не участвуем в процессе, не выступаем с требованиями, а даем городу развиваться самостоятельно. Государство со своей стороны может регламентировать эти правила: определять, где нужен детский сад, а где школа, закреплять конструктивные нормативные требования. Но все равно развитие должно идти самостоятельно, ведь если мы пытаемся силой воздействовать на процесс, то как город будет развиваться?
С другой стороны, важно помнить, что запросы жителей не должны быть оторванными от финансовой модели. Будет правильно, если ее удастся построить на основе этих самых запросов, а после проанализировать, работает ли она, поможет ли городскому бюджету, благодаря каким инструментам мы можем усилить данную конструкцию. В конечном счете это выглядит так: при помощи мастер-плана мы дали в руки мэра конкретный сценарий развития города с тем фокусом, который услышали от людей как задание.
