В руках наследников

В руках наследников

Только совместными усилиями государства и общественности можно добиться успеха в сохранении исторических объектов

В нашей стране множество примеров бережного отношения к объектам культурного и архитектурного наследия, заслуживающих тиражирования. Это и государственные программы различного уровня, такие как, например, «Дом за рубль», и общественные инициативы вроде «Том Сойер Фест». Огромный скачок вперед в последние годы сделала реставрационная отрасль. Тем не менее в сфере сохранения объектов культурного наследия есть и свои сложности, часть из которых, например, связана с меняющимися экономическими реалиями. В новом материале проекта «О чём говорят здания» мы собрали мнения экспертов и представителей общественности о том, что уже хорошо получается сейчас, а что нуждается в доработке.

Вячеслав Фатин, руководитель комиссии по сохранению объектов культурного наследия Общественного совета при Минстрое России, президент Союза реставраторов России:

— В целом, несмотря на объективные сложности, которые возникли во многих сферах после развала Советского Союза, реставрационная отрасль вышла на путь устойчивого развития. Если еще 20 лет назад почти все реставрационные материалы были европейскими, то сейчас мы обеспечены отечественными аналогами и, что приятно отметить, далеко не худшего качества. Это и краски, и связующие материалы, и грунтовки, и известковые штукатурки. В Санкт-Петербурге много производителей таких материалов. Есть у нас в стране производители штучных товаров, например, большемерного реставрационного кирпича.

Но сохраняются и проблемы. Дефицит реставраторов, тем более профессиональных и с большим опытом, однозначно есть. Для решения этой проблемы мы предлагаем увеличить в вузах количество бюджетных мест на специальность реставратора, потому что их в последние годы все время сокращают. Отличным решением стало бы и расширение практики профтехучилищ. Например, в Москве есть колледж, который готовит реставраторов, а в регионах таких учреждений практически нет.

Успешное развитие отрасли можно подтвердить тем, как растет количество выполненных важных и сложных с точки зрения реставрации проектов. Например, широко известная реставрация Преображенской церкви в Кижах. К проекту пытались очень долго подступиться, много копий было сломано на всевозможных советах, в итоге благодаря использованию системы лифтинга работа была сделана очень хорошо (классический метод «норвежский лифтинг», в основе которого лежит принцип вывешивания, разжатия, подъема и опускания отдельных элементов с целью замены изношенных бревен, был усовершенствован российскими инженерами для этого конкретного объекта — прим. ред.).

Несколько лет назад восстановили Ново-Иерусалимский монастырь — глобальная работа рестораторов и одна из самых сложных в России за последние 15–20 лет.

В Москве реставрируется много объектов усадебной архитектуры и особнякового фонда. Приведу в пример особняк Морозова, в котором сейчас располагается Дом приемов МИД России. Здесь работы по реставрации еще идут, но уже видно, насколько качественно они выполняются.

Сейчас у нас множество проектов в работе, и все они уникальны по-своему. Мне сложно выделить что-то особо, каждый из них — наше наследие. Но если говорить о последних событиях, то Союз реставраторов России начал подготовку научно-проектной документации по реставрации храма Успения Пресвятой Богородицы в селе Калинино Нерчинского района. Это старейший храмовый объект в Забайкалье. Стоит памятник на вечной мерзлоте, из-за этого, по сути, расходится на несколько частей. И вот эти части нам нужно будет собирать домкратами, связывать между собой, приводить в работоспособное состояние. Первые шаги для сохранения объекта предприняты. Сейчас проводится камеральная обработка грунтов основания и инженерно-геологические изыскания.


Галина Маланичева, почетный председатель Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, председатель комиссии по сохранению историко-культурного наследия и архитектурному облику городов Общественной палаты Московской области:

— Московская область — во многом регион уникальный. Всего здесь более 6 тыс. объектов культурного наследия, в их числе 3 музея-заповедника и 2 музея-усадьбы федерального значения. Ансамбль Троице-Сергиевой лавры, расположенный в Сергиевом Посаде, включен в список всемирного наследия ЮНЕСКО. Два города области, Зарайск и Коломна, включены в федеральный перечень исторических поселений. Плюс по распоряжению губернатора региона еще 20 городов были включены в перечень исторических городов регионального значения.

Сегодня, несмотря на масштабную жилую и коммерческую застройку, нашим городам удается сохранять уникальные ландшафты, виды, архитектуру. Усадьбы — особая архитектурная история, это те объекты, которые связывают нас с деятелями отечественной культуры на протяжении многих веков. Большая часть из них за многие годы пришла в состояние руин. Мы это понимаем и уделяем внимание их сохранению и восстановлению. За них сегодня борются не только профессионалы, но и общественность.

Так, на каждом заседании комиссии по сохранению историко-культурного наследия и архитектурному облику городов Общественной палаты Московской области мы рассматриваем несколько объектов, обсуждаем, привлекаем внимание властей. Решать вопросы с каждой усадьбой приходится в индивидуальном порядке.

Заместитель председателя Московской областной думы Олег Рожнов тесно знаком с темой культурного наследия. По его инициативе создана межведомственная рабочая группа по вопросам сохранения, содержания, использования и популяризации объектов культурного наследия, находящихся в неудовлетворительном состоянии, которые переданы в аренду или собственность. В эту группу входят не только депутаты Московской областной думы, но и представители Общественной палаты, а также тех министерств и ведомств региона, от кого зависят реальные решения практических вопросов по усадьбам и другим объектам, начиная от подключения газа, электроснабжения до их реставрации и благоустройства. Владельцы усадеб идут к нам со своими проблемами, и мы оказываем посильную помощь этим людям, которые взялись за столь нелегкое дело.

Вообще, все держится на людях. Не устаю приводить в пример усадьбу Гребнево. К ней мы всегда относились очень внимательно. В 80-х годах прошлого столетия началась ее реставрация, но, когда работы близились к завершению, произошел пожар. Годы шли, усадьба приходила в запустение, мы теряли ее, пока не появился новый добросовестный собственник и инвестор — Андрей Ковалев. Активно благоустраивается территория, возникли необходимые объекты инфраструктуры, и, что самое главное, появилась реальная надежда на возрождение усадьбы. Андрей Аркадьевич, кстати, в рамках деятельности нашей рабочей группы проводит мастер-классы, делится опытом с другими потенциальным и действительными собственниками усадеб Подмосковья.

Сохранять культурное наследие — прямая обязанность государственных органов. Но, исходя из своего опыта, могу сказать наверняка: без общественности, без ВООПИиК и других организаций, без волонтеров это делать практически невозможно. Путь от проявления внимания к объекту до того, как реально что-то изменится, очень долгий. И только совместными усилиями его можно пройти.


Евгений Калугин, директор ООО «Регион ДСК»:

— Первым объектом в рамках программы «Дом за рубль» стал дом по адресу ул. Пушкина, 5. Если честно, мы приметили его до появления программы. Обратить внимание на дом на Пушкина мне посоветовал отец, он у меня профессиональный строитель. Объект показался нам перспективным, мы задумались, как можно его восстановить, и тут запустили «Дом за рубль». Судьба, не иначе. Теперь этот дом — офис нашей компании.

На данный момент мы восстанавливаем уже 4-й дом в Томске. Вторым взяли здание на улице Октябрьской, 30, и сейчас это, наверное, один из самых красивых восстановленных домов в Томске, к нему даже экскурсии водят. А позже на восстановление к нам попали еще два дома — по улице Красноармейской, 78 и переулку Кустарному, 6. У нас сейчас своя плотницкая бригада, которая занимается восстановительными работами.

Но мы смотрим на это с точки зрения бизнеса. С 2016 по 2020 год условия в целом были действительно выгодные, все наши вложения в дома по расчетам окупались за 6–8 лет. Началась пандемия, подорожали строительные работы, далее последовали экономические сложности. Кроме того, раньше за подключение отопления для восстановленного дома платил город, потом постановление было отменено. Теперь окупаемость дома — более 20 лет, рентабельность — около 5%.

Нужно понимать, что есть инвесторы, а есть меценаты — те, кто просто дарит городу здание, но таких людей единицы, да и восстанавливать здание они могут долго, потому что обычно для них такой проект не является первостепенной статьей расходов. Инвестор же, если вложил средства, думает, как скорее реализовать проект, чтобы начать зарабатывать.

В общем, на сегодняшний день с экономической точки зрения программа себя исчерпала. Дело в том, что большинство людей, которые берутся за восстановление таких домов, прежде всего думают о самом деревянном строении. И только потом вспоминают про коммуникации, устройство которых стоит в разы больше, чем обновление самого дома. И у меня есть опасения, что объекты, взятые другими участниками на пике реализации программы, а это где-то 2018–2019 годы, будут возвращены мэрии, когда кончится период их 5-летней льготной аренды.

На данный момент я вижу три варианта для реанимации программы. Первое — предусмотреть льготное кредитование под восстановление домов, чтобы рентабельность повысилась минимум до 8%. Второе — участие мэрии в работе с устройством коммуникаций. И третье — продумать систему передачи здания в собственность после восстановления, например, лет через 10. Когда человек вложил в дом десятки миллионов и даже часть души, он не станет его сносить и строить новое.

Что касается первого предложения, то я знаю, что в Калининградской области недавно заработала льготная кредитная программа для инвесторов, готовых вовлекать объекты культурного наследия в экономический оборот. Предприниматель может получить из регионального бюджета беспроцентный кредит до 500 млн рублей сроком на 10 лет на научно-исследовательские, проектные, строительные и реставрационные работы. Это большое подспорье, я считаю.


Андрей Бабич, генеральный директор ООО «Реммерс»:


— В России реставрационная область во многом развивается благодаря желанию неравнодушных людей сохранить культурное наследие страны. В последние годы и участие государства в этом процессе стало значительно заметнее. Постепенно решаются проблемы подготовки квалифицированных кадров, разработки недостающей нормативной базы и методик, учитывающих современные технологические возможности и условия применения. Мы с уверенностью можем говорить о положительной динамике, так как специалисты Remmers принимают активное участие во всех этих процессах, будь то подготовка методических указаний, образовательные проекты, организация и поведение профильных конференций, консультирование при подготовки проектных решений или применению на практике технологических решений.

Развивается и производство реставрационных материалов. Важно понимать, что это достаточно наукоемкий и многофакторный процесс. Ведь недостаточно просто разработать продукт, необходимо обеспечить системность решений, описать назначение и условия применения и довести информацию о технологии до проектных и подрядных организаций. Учитывая, что специалисты работают, как правило, с уникальными зданиями, ответственность за результат многократно возрастает. 

Наша компания имеет более чем 70-летний опыт участия в реставрационных проектах по всему миру от этапа анализа текущего состояния исторического объекта и разработки проектного решения по реставрации до реализации и авторского надзора при выполнении работ. В портфолио Remmers входят такие объекты мирового культурного значения, как Лувр и собор Парижской Богоматери в Париже, Вестминстерское аббатство в Лондоне. В России с применением технологий Remmers выполнялись работы по очистке, докомпоновке, камнеукреплению, гидроизоляции, ремонту и защите фасадов на таких объектах, как здание ГУМа, Кремлевская стена, собор Василия Блаженного, здание Генштаба и Новая Голландия в Санкт-Петербурге, Театр оперы и балета в Екатеринбурге и другие.

Имея такой колоссальный опыт применения высокотехнологичных материалов на ОКН, компания Remmers считает своим долгом этими знаниями делиться со специалистами. Сотрудники компании входят в экспертные советы и группы по разработке законодательных актов и методических указаний при Правительстве РФ, а также дают заключения и рекомендации по многим объектам ОКН, которые сейчас находятся на реставрации. Совместно с партнерами, вузами, профильными экспертными организациями компания Remmers проводит программы повышения квалификации для специалистов в области реставрации, участвует в поддержке проектов волонтерских движений и образовательных школ для юных реставраторов, которые получили значительное развитие за последние годы.

 

Дарья Максимович, организатор фестиваля восстановления исторической среды «Том Сойер Фест Ростов-на-Дону»:

— «Том Сойер Фест» — это фестиваль восстановления исторической среды силами волонтеров и спонсоров. Самый первый «Том Сойер Фест» прошел в Самаре в 2015 году. Никаких глобальных планов у ребят не было, на первую акцию пришло всего несколько человек, но идея всем так понравилась, что постепенно восстанавливать исторические дома стали и в других городах страны. Сегодня «Том Сойер Фест» проходит более чем в семидесяти городах России. Общее число восстановленных объектов перевалило за 150. В основно, это фасады домов, но есть и объекты среды, например, белокаменная мостовая, деревянные ворота или, как в Ростове, мозаичная скульптура и мозаичный фонтан. В Ростов фестиваль привезли координаторы общественного градозащитного движения «МойФасад».

В Самаре каждый год проходит школа «Том Сойер Феста», на которую можно приехать и поучиться, перенять опыт других городов. Ребята съездили и поняли, что Ростову «Том Сойер» тоже очень нужен. Наш первый сезон был в 2019 году. Тогда мы восстановили исторический фасад дома 1870 года на улице Обороны, 64. У дома интересная история — здесь родилась будущая супруга первого президента Израиля. Никто про этот невзрачный дом не знал, пока мы не привели его в порядок. Теперь к нему водят экскурсии, дом стал как конфетка. В 2021 году мы переключились на мозаику. Мозаика для Ростова — очень важная история, часть культурного когда города. У нас тут была и своя мозаичная школа, и производство смальты. В прошлом году мы восстановили заброшенную мозаичную скульптуру «Рыбка и волна» на Пушкинской. Тогда здесь хаотично парковались машины, было полно мусора и скульптура стояла попросту в грязи. Теперь это приятный зеленый сквер и новая точка притяжения прогулочного бульвара. В этом году мы отреставрировали мозаичный фонтан «Лиры». Многие ростовчане уже и не помнят, что под толстым слоем штукатурки и дешевой розовой плитки — прекрасная белая круглая смальта. Мы вернули ему первоначальный облик.

Интерес к сохранению наследия в нашем городе растет. И это результат большой работы градозащитного сообщества — краеведов, экскурсоводов, архитекторов и энтузиастов. Растет интерес к истории города, я вижу, что горожане начинают больше ценить то место, где живут. Мы любим то, во что вкладываемся. И наоборот это тоже работает. Для меня организация фестиваля — огромная работа, за которую я не получаю денег, но я точно знаю, ради чего это делаю. Я верю, что мы сами являемся источником тех изменений, которые хотим видеть вокруг себя.

Текст: Наталья Приходько

Фото: архив героев, интернет-издание «Томский Обзор», Freepik

Это проект Отраслевого журнала «Вестник» «О чём говорят здания»: об архитектурном наследии России. Проект создан при поддержке Министерства строительства и ЖКХ РФ.

Логотип Вестник Строительство